Орден Ограждающего Света

Материал из STRPHG

Перейти к: навигация, поиск

Содержание

Легенды

"О древних орденах" (отрывок) "Сборник легенд и сказаний Анна",Лякримский Университет.

О магистре Ордена Ограждающего Света

Много дней над замком в Итине бушевала буря. Небо скрылось за черными тучами, и дни стали неотличимы от ночей. В один из таких дней в ворота замка постучал рыцарь в изорванном белом плаще. Он был весь изранен и с большим трудом держался в седле. Его доспехи были пробиты в нескольких местах, но руки крепко сжимали меч, испачканный чем-то темным, лишь отдаленно напоминающим человеческую кровь.

Рыцаря приютили в замке, лучшие лекари пытались облегчить его страдания, но он отказался даже снять доспехи. "Мое время уходит,- сказал он,- но моя смерть даст новую жизнь..."

В замке было много дел и помимо рыцаря, ведь буря не прекращалась. С умирающим остался только младший сын короля, Генрих, парнишка тринадцати лет от роду. Он слушал рассказы рыцаря и верил им, потому что еще умел верить.

Той же ночью рыцарь умер. В миг, когда душа его покинула тело, тучи над замком разошлись и яркий солнечный свет пролился на древние стены и башни.

Утром слуги, пришедшие похоронить неизвестного рыцаря, нашли на кровати только доспехи и рваный белый плащ.

А через пять лет юный принц Генрих объявил себя Великим Магистром Ордена Ограждающего Света и предъявил доказательства, подтверждающие его права. В Вельтуйю стали собираться рыцари этого некогда могущественного ордена. Они приносили с собой крупицы древнего знания, которыми владели и которые Магистр не успел передать своему преемнику. Так началось возрождение Ордена. А было это около шестисот лет назад, и Великий Магистр с тех пор ни разу не менялся.

О святых Ордена. Святой Гарольд. Остров Саларит

Однажды к воротам замка Ит пришел молодой человек девяти лет от роду. Он назвался Гарольдом и попросил принять его в Орден послушником. С Гарольдом говорил сам Великий Магистр и узнал его. Когда же через десять дней король Антуан пришел в Ит за своим сыном, Магистр сказал так:

- Отец Света указал мне на этого мальчика и вижу я, что станет он выше, чем можем мы вообразить, если выберет верный путь. Готов ты сделать этот выбор за него?

И король уехал. Так Гарольд стал послушником Ордена Ограждающего Света. Легко давались ему и воинские искусства, и богословие, в кузнице же он однажды расколол наковальню. Многие рыцари дивились его силе, Магистр же пророчил ему великое будущие. И вот по исполнении семнадцати лет пришел Гарольд в храм к обедне и преклонил колени перед Магистром:

- Мастер,- сказал он,- Предстоишь ты за нас перед Отцом Света и больше нашего знаешь о его помыслах. Помолись же за меня перед Отцом Света, ведь завтра я отправлюсь в Сильванию, дабы принести туда Свет.

Великий Магистр немало удивился дерзким словам послушника, но сказал:

- Вижу, ты достоин ступени Искательства. Но почему избрал ты этот путь?

- Куда же еще мне отправиться?- удивился послушник. Магистр долго смотрел в глаза юноше, потом снял с себя перевязь и протянул меч Гарольду.

- Ты выбрал верный путь и пусть это оружие поможет тебе пройти по нему. Вижу я в твоем будущем великие дела, так пусть же пребудет с тобой Свет. На утро Гарольд уехал, взяв с собой лишь доспехи плащ и верного коня. От припасов же и прочих вещей, необходимых в дороге он отказался со словами:"Путь Света прям, как луч его. И идущего по нему не остановит ни голод, ни непогода."

Через месяц Гарольд приехал в замок Толем и поклонился комтуру Эверарду: - Я вернулся из Сильвании, где видел сердце Тьмы и многое понял в силе Света. Мое искательство закончено и я прошу посвятить меня в рыцари Ордена по праву достойного.

- Вижу, дерзости ты выучился, доказательств же твоей доблести я при тебе не вижу. Известно ли тебе, что искателю должжно принести из странствий своих какой-либо предмет, подтверждающий его слова?

- Доказательства моей доблести остались лежать там, где сложили головы. Слова же свои я всегда подтверждаю мечом, что получен мною из рук Магистра,- сказав это, Гарольд уехал и был посвящен в рыцари только спустя два месяца в замке Ит. Через два года с небольшим отрядом Гарольд отправился в Сильванию второй раз, дабы завершить начатое. Однако на границе леса явился ему старец в белых одеждах и долго беседовали они. После этого Гарольд развернул отряд и вернулся в замок Ит.

Но не дано ему было жить мирной жизнью. Во сне явился ему сам Отец Света и указал сияющей дланью на Юг:"Там свершится то, для чего ты был рожден. На тебе печать Света, но в тех землях она станет лишь тусклым огоньком во Мраке. И только Свет, что несешь ты в себе озарит мертвые скалы и очистит эту земли. Такова моя воля. Собери малый отряд и отправляйся на остров Саларит. Рыцарей оставь на берегу, дабы основали они там общину Ордена. Сам же иди на юг острова и да пребудет на твоем клинке Свет. Дано тебе очистить остров от Тьмы в три дня. Этим исполнишь ты мою волю и приблизишь Царство Света."

Гарольд сделал как ему было сказано. Мало знаем мы о тех трех днях, что провел он на острове Саларит. Доподлинно известно лишь то, что остров он не покинул, но остался там, дабы исполнять то, что открылось ему после Очищения. Некоторые, однако, считают, что Святой Гарольд вознесся в Царство Отца Света и поныне сидит у ног его.

Гарольд Саларитский был причислен к лику святых. Каноническое изображение - в боевых доспехах, с щитом в левой руке и мечом в правой, восседающий на белом льве.

О святом Кевине

О Святом Кевине, "Жития Святых и Подвижников", Библиотека о. Саларит.

«Рассказ о замке Вечерней Зари был написан мной в час отчаяния, когда угасла последняя надежда и, казалось, ничто не сможет спасти нас от гибели. Я приведу его здесь без изменений, а после расскажу о том, как отчаяние сменилось надеждой, а поражение превратилось в победу. Вот эти строки, которые я переписал на пергамент, хотя прежде мне приходилось писать их на камне острием мизерикордии:

«Мы отбили уже два штурма, но следующий будет для нас последним. В замке осталось пятеро рыцарей Света. Привожу здесь их имена, чтобы потомки помнили последних защитников замка Вечерней Зари. Первый среди нас мастер Кевин из южного Аннатари, рыцарь третьего круга, комтур замка Вечерней Зари. Также здесь мастер Фердинанд, рыцарь второго круга и мастер Вильям, рыцарь второго круга, комтур замка Северного Луча, что пал два месяца назад. Здесь и сер Грэм, рыцарь первого круга, и Ваш покорный слуга, сер Томас, рыцарь первого круга, летописец замка Вечерней Зари. Так же в замке собралась добрая сотня крестьян из разбросанных по окрестным лесам деревень.

Нынче утром мастер Кевин изволил предпринять вылазку, дабы отогнать осаждающих от стен. Но едва он выехал со своим отрядом из ворот, как люди, атаковавшие замок разбежались, и на Мастера Кевина набросились добрых пять сотен демонов! Среди них были и совсем маленькие, они падали наземь от одного взгляда мастера Кевина, но причиняли большой ущерб ополченцам. Были и более грозные, и среди них самый могучий с красной кожей, крыльями и рогами. Ростом он превышал крепостную башню, а крыльями мог бы закрыть замок от солнца в жаркий день. Непонятно было, где он скрывался до того момента, но вырос он словно из-под земли и бросился на мастера Кевина, не обращая внимания на стрелы, что летели в него со стен и на своих меньших сородичей, которых во множестве давил своими лапами. Увидев это, мастер Кевин отбросил копье и, занеся над головой секиру, ринулся в бой. Долго продолжалась эта схватка и, казалось, воздух вокруг дерущихся стал горяч, как в великой степи. Но вот демон был повержен. Однако мастер Кевин, обессиленный схваткой, увидел, что его отряду приходится тяжело. И тогда пришлось ему вернуться за стены. К слову сказать, демоны не могут проникнуть в замок Света и сражаемся вы по большей части с людьми. Однако, если им удастся захватить первый ярус и повергнуть в прах алтарь в храме Света, ничто уже не сможет защитить нас от орды демонов, ведь в замке лишь пятеро умеют сражаться с этими исчадиями Тьмы.»

В то время мне не удалось закончить, так как сер Грэм позвал меня к мастеру Кевину. У него в покоях собрались уже все рыцари Света, что были в замке. И я увидел, что наш комтур лежит на постели. Из груди его торчал обломанный коготь демона, которого он сразил в бою. Мастер Кевин, думается, испытывал ужасную боль, но сдержал себя и спокойно спросил мастера Фердинанда, лучше других разбиравшегося в целительстве, что он об этом думает. И мастер Фердинанд сказал, что нужно немедленно вынуть коготь и лечить Мастера Кевина, иначе может быть поздно. Но когда мы вынем коготь и прежде, чем сможем излечить комтура, он потеряет много крови и ему придется оставаться в постели несколько суток, чтобы восстановить силы. Тогда мастер Кевин погрузился в раздумья, а после сказал, что ему непременно нужно вести завтра людей в бой. А мастер Фердинанд сказал, что это никак не возможно. Тогда мастер Кевин снова задумался, а потом велел оставить все как есть, но изготовить и скрепить между собой несколько широких ремней. А потом нужно было закрепить их на седле, так что бы мастер Кевин, даже обессилев от ран, не упал с коня. И все это он велел сделать втайне от ополченцев. Мы принялись уговаривать его не делать так, ибо это грозило ему неминуемой смертью, но мастер Кевин оставался непреклонен. И мы сделали все, как он велел.

Мне трудно описать то, произошло в следующее утро. Ведь это было время великой победы и тяжкой утраты. По велению комтура, мастер Вильям построил ополченцев у ворот первого яруса. Там было более пятидесяти пеших воинов, вооруженных копьями и топорами, и добрых два десятка всадников без брони, но в толстых кожухах и с мечами. Все эти люди пребывали в унии, так как думали, что наш предводитель умер от ран, и что мы скрываем это от них. Но вот из ворот верхнего замка выехал мастер Кевин в сопровождении троих рыцарей, среди которых был и ваш покорный слуга. Когда мы подъехали так близко, что ополченцы смогли уже разглядеть лицо комтура, они стали кричать, хлопать друг друга по спинам и прочими способами выражать свою радость. Но мастер Кевин поднял руку, и они умолкли. Тогда он направил своего коня вдоль строя и каждому воину говорил несколько слов. После этого он привстал в седле и громко сказал, что сейчас мы откроем ворота и выедем в поле. И что мы не должны боятся демонов и других исчадий Тьмы, ибо с нами Свет. И еще сказал он, победа наша не в количестве, а в вере. И крестьянин станет равен рыцарю, если примет в свою душу Свет.

И мастер Кевин направил своего коня к воротам, и те распахнулись сами собой. Тогда он вскричал: «Да воссияет Свет!»,- и все воины подхватили его клич. Когда мы вырвались из замка, наши враги в страхе отшатнулись: даже простые крестьяне в отряде мастера Кевина походили на легендарных героев древности. И в глазах их был Свет. Первого демона комтур сразил копьем, прочие же обратились в бегство и давили людей и своих сородичей, и рвали на куски друг друга, только бы оказаться подальше от мастера Кевина. Мы же гнали их прочь от замка. И впереди всех скакал мастер Кевин и никто уже не мог угнаться за ним, а демоны падали ниц при его приближении. Вскоре мы уже видели только сияние, разливающееся вокруг нашего предводителя, но никак не могли догнать его. И когда мы это поняли, то скрепя сердце вернулись в замок.

Вечером к воротам замка Вечерней Зари приехал мастер Кевин на своем коне. Привратник открыл ему ворота и с радостным криком бросился к комтуру. Но оказалось, что на коне только доспехи мастера Кевина, пристегнутые кожаными ремнями.

Так окончил свою славную жизнь мастер Кевин, рыцарь третьего круга, комтур замка Вечерней Зари. Да пребудет с ним Немеркнущий Свет

Устав

Устав бедных воинов Ограждающего Света

I О том, как следует слушать божественную службу Вы, отказавшиеся от собственных желаний, и те, кто до конца сражаются вместе с вами ради спасения душ своих в рядах Великого Царя на конях и с оружием, старайтесь всегда с чистым и благочестивым чувством слушать заутрени, и всякое священное богослужение, согласно установлению и обычаю ордена. Поэтому вам, почтенные братья, весьма следует, презрев блеск настоящей жизни и страдания вашей плоти, навечно пренебречь сим бурным миром ради любви к Свету: итак, пусть никто после божественной службы не боится идти на битву, но готовится к венцу, приобщившись божественной трапезе и ею насытившись, научившись божественным правилам и в них укрепившись.

II Что следует совершать об усопших братьях. Когда же кто-нибудь из постоянных воинов ордена предстанет (что неизбежно) смерти, которая никого не щадит, то капелланам и клирикам вместе с вами мы повелеваем вознести торжественно и в чистоте духа должную службу и мессу за его душу Отцу Света. Братья же, стоящие там и проводящие ночи в молитвах за спасение умершего брата, пусть возносят за умершего брата по сто молитв вплоть до седьмого дня; с того дня, в который была возвещена кончина брата, и до седьмого дня пусть сто человек братолюбиво соблюдают совершенную чистоту. Ещё же заклинаем божеским и человеческим милосердием и приказываем пасторскою властью, чтобы каждый день, всё, что полагается распределять между братьями для удовлетворения потребностей этой жизни в еде и пище, уделялось каждому нищему до сорокового дня.

III О том, чтобы капелланы имели только средства к существованию и одежду. Прочие же приношения и все виды милостыни, какого бы рода они ни были, мы предписываем приносить капелланам или лицам, замещающим их на время, в общую казну ордена. Итак, пусть церковные служители имеют только средства и плащ, соответствующие их власти, и пусть они не жаждут иметь ничего сверх того, если только магистр по своему усмотрению им этого не предоставит.

IV Об усопших воинах, которые состояли на временной службе. Есть в Ордене Ограждающего Света воины, по милосердию нашему временно с нами пребывающие. Поэтому мы просим вас с несказанным состраданием, предписываем и, наконец, строго приказываем, чтобы, если какая ужасная сила в это время подведет кого-нибудь к последнему его дню, каждый бедный воин Света из божественной любви и братского благочестия, наложил на себя семидневное воздержание ради души его.

V Чтобы ни один из постоянных братьев ордена не делал приношения. Мы предписываем, как было сказано выше, чтобы никто из постоянных братьев не совершал иного приношения, кроме как денно и нощно с чистым сердцем следовать своему обету. Вот истинное приношение; вот жертва живая и Отцу Света угодная!

VI Чтобы послушники не давали обетов. И, как было сказано, пусть ни один послушник, ни Искатель не дает обетов, кроме положенных им, дабы трудности не сломили их духа до времени. Пусть же силы свои они положат на изучение воинского искусства и прочих искусств достойных рыцаря. И да направит их Свет!

VII О трапезе собрания Мы полагаем, что вы будете вкушать пищу вместе в одном дворце или, лучше сказать, столовой, aaa, anee потребуется что необходимое, то вместо невежественных жестов, следует испрашивать это тихо, не возбуждая всеобщего внимания. Так, всякий раз то, что вам необходимо за трапезой, просите со всяческим смирением и почтительной покорностью.

VIII Как следует трапезовать воинам Справедливо приказываем, чтобы каждый воин или брат имел для себя одну и ту же меру вина одной и той же крепости.

IX О том, чтобы после трапезы всегда возносили благодарственные молитвы Строго предписываем всегда после завтрака и обеда в церкви, если она есть неподалеку, если же ее нет, то в том же месте, со смиренным сердцем, как положено, приносить благодарность нашему высшему правителю, который есть Отец Света. Мы приказываем, чтобы по братской любви между слугами и нищими были распределены остатки из нетронутых хлебов.

X О том, чтобы десятая часть хлеба всегда уделялась в милостыню. Нищета заслуживает награды, которая есть Царство Света, нищим оно, без сомнения уготовано. Вам же, которым Царство сие дано возвести, мы приказываем десятую часть всего хлеба ежедневно отдавать в качестве милостыни.

XI О том, чтобы сбор был отдан на усмотрение магистра. Когда же солнце покинет Восток, вы должны, услышав условный знак, все прийти на всенощную, но до этого мы весьма советуем устроить общий сбор. Этот сбор мы поручаем распоряжению и усмотрению магистра, чтобы, когда он захочет, пили воду, а когда милостиво прикажет - некрепкое вино. Только это не должно приводить к излишнему пресыщению и совершаться с роскошеством, но достаточно умеренно. Так как мы видим, что насытившиеся становятся даже отступниками.

XII О том, чтобы по окончании всенощной соблюдалась тишина. Итак, когда кончится всенощная, следует идти на улицу. Братьям же, идущим со всенощной, пусть не будет позволено обращаться ко всем, если только кто не будет вынужден необходимостью; то же, что он захочет сказать своему оруженосцу, пусть говорит тихо. Но так как возможно, что в то время, как вы идете со всенощной, возникнет величайшая необходимость обсудить военное дело, или состояние нашего ордена, и так как, оказалось, что дня вам для этого не хватило, то надлежит говорить либо самому магистру с некой частью братьев, либо тому, кому временно дана магистерская власть. Так нам приказано поступать. Во время же этого разговора мы вообще запрещаем балагурство, празднословие и шутки; а когда вы отходите ко сну, также приказываем со смирением и благоговением чистоты читать молитву, если кто-нибудь скажет что-либо глупое.

XIII О женщинах, возжелавших служить ордену. А если какая женщина или дева возжелает служить Ограждающему Свету, предписываем мы не гнать ее и не осмеивать, но указать ей дорогу в монастырь служителей Отца Света, дабы там она могла приложить свои силы. Ибо не только мечом должно искоренять Зло слугам Света, но и словом нести семена Добра в земли, покрытые Мраком.

XIV Об искателях И пусть послушники, кои сочли себя достойными, возьмут щит, и меч, и доспех, и все, что нужно им, и покинут стены ордена, дабы странствовать в поисках Зла и искоренять его, закаляя свое тело и дух. Но должно им быть осторожными, ведь Зло может скрываться в одеждах Добра, а истиный Свет не всегда ярок. Да направит их Свет!

XV О мире тварном и правителях его. Предписываем мы, чтобы ни один брат не возжелал власти в мире тварном, ибо сила дана ему, дабы сражаться против Зла и слуг его, но не подчинять себе людей беззаконно. Также повелеваем мы не выступать войску Светлого Ордена иначе как в случае крайней необходимости и по приказу и благословению Магистра. Действовать же прежде словом, а не мечом, дабы вести людей к Свету, а не уничтожать искры Его.

XVI О благодарности. Однако владык мира тварного, чьи дела угодны Отцу Света, дозволяем вам защищать от любой угрозы, как братьев наших, ибо для Него нет разницы между рыцарем ордена и королем, если владыка сей идет Путем Света.

XVII О речах рыцаря. Не должно рыцарю осквернять язык свой недостойными либо пустыми речами. Мы предписываем рыцарям, говорившим пустые, либо скверные слова, либо ложь, коленопреклоненно молить Отца Света о прощении, и ничего кроме сего не говорить, разве только необходимое. Так повелеваем мы. В остальных же делах, братья, должно следовать вам словам магистра либо лица, замещающего его на время, ибо им Отец Света дал мудрость и на них лежит Его благословение.

Ссылки

См. также: Вельтуйа, Аннатари, Учение Единого (Мир Семерых).

Личные инструменты